Цифровая финансовая геологоразведка.
Владимир Путин, выступая на ВЭФ, поручил предусмотреть в российской программе геологоразведки изучение недр на Дальнем Востоке и Сибири. Президент отметил, что сейчас процент изученности на Дальнем Востоке в среднем по регионам составляет 35%. Разбираемся, могут ли металлургические и угольные компании стать бенефициарами разведки оставшихся 75%? Какие именно полезные ископаемые представляют особый интерес на Дальнем Востоке и в чем состоит трудность их разведывания? И, главное, как привлечь инвестиции в геологоразведку региона, в том числе, зарубежные?
Какие недра Дальнего Востока остаются неразведанными и почему?
«На сегодняшний день Дальний Восток является крупным центром по добыче драгоценных металлов, тем не менее для него имеются большие перспективы в плане меди: в нем выявлены медно-порфировые месторождения, отличающиеся крупными запасами. Одновременно существуют технологии и оборудование для обогащения руд подобных объектов, однако они предоставляются у западных компаний, свернувших к настоящему времени свою деятельность в России. Поэтому на повестке дня встает вопрос об их скорейшей замене», - описывает ситуацию независимый эксперт Леонид Хазанов.
Но против освоения недр Дальнего Востока играют географические условия – зачастую месторождения расположены в удаленных районах, отличающихся пересеченным горным рельефом, отсутствие элементарных автомобильных дорог и энергетической инфраструктуры, не говоря уже про людские кадры. В результате удельные издержки на тонну добываемого сырья на Дальнем Востоке будут в 1,5-3 раза выше, чем на Южном Урале, указывает Леонид Хазанов. Соответственно, необходимы расширение и интенсификация не просто геологоразведочных работ, но поиска и открытия новых месторождений, находящихся в благоприятных условиях с точки зрения возможности их разработки, указывает на проблему эксперт.
Действительно, изучение Дальнего Востока с точки зрения запасов полезных ископаемых оставляет желать лучшего, согласен с проблемой промышленный эксперт Максим Худалов. «В советское время очень многие геологической экспедиции делали предварительные оценки. Но они тогда делались с применением достаточно простых технологий и методик анализа: бурение небольших каналов, сбор образцов и их анализ. Такие методики позволяют лишь, определить потенциальное наличие полезных ископаемых, выявить признаки, указывающиее на возможность залегания полезных ископаемых. Но, безусловно, эти данные не позволяют ответить на вопросы: “где находятся полезные ископаемые”, “каковы контуры рудного тела”, “каково содержание металла”», - описывает ситуацию с разведкой в регионе эксперт. В прочем, в советский период не было и реальных перспектив освоения труднодоступных недр Дальнего Востока. Сейчас технические возможности и методики для этого есть, а высокие цены на сырьевые товары, причем не только на углеводороды, оправдывают высокую себестоимость добычи, уверен он. Так что теперь необходима очень детальная предварительная геологическая оценка и пересмотр советских данных в том числе, с использованием новейших методик, чтобы до начала реального бурения найти ответы на все эти вопросы. Иначе, учитывая сложность условий разработки в регионе, затраты как финансовые, так и кадровые будут неоправданными. Да и чтобы привлечь в регион бизнес и инвесторов, которые готовы вкладываться в добычу в регионе, необходимо предоставить им максимальное количество информации. «Никто не будет бурить и вкладывать средства, если нет четкого понимания, что месторождение в ближайшие годы будет запущено», - уверен Максим Худалов. Так что в первую очередь необходимы инвестиции в детальное изучение недр.
«Кроме того, необходимо решение логистического вопроса: мало разведать и добыть полезное ископаемое, нужно его доставить до потребителя, до рынка. И мы видим, насколько важно решение этого вопроса на примере Эльгинского угольного месторождения: за десятилетние работы месторождению так и не удалось стать рентабельным, несмотря на наличие технологий для разработки, хорошее содержание и высокие цены на угли на международных рынка, а также периоды ажиотажного спроса на это сырье, как например перед осенне-зимним сезонов в Европе в 2022 году. Почему? Нет доступа к железной дороге. Уголь слишком дорого оттуда вывозить», - описывает проблему Максим Худалов. Вопрос строительства железнодорожной инфраструктуры - дорог общего назначения с достаточным объемом провозных мощностей, подъездных путей к месторождениям — это вопрос, увы, далекого будущего и также огромного объема инвестиций, сетует эксперт.
Однако в краткосрочной перспективе Дальний Восток и его недра интересны с точки зрения добычи редких и редкоземельных металлов, уверен Максим Худалов. Это связано с тем, что этот вид сырья не добывается в столь огромных объёмах как уголь или железная руда и, соответственно, и транспортировать его необходимо в меньших объемах. Существует некоторая возможность того, что даже в отсутствие полноценного железнодорожного сообщения можно будет их разрабатывать с прибылью, уверен эксперт.
Как стимулировать инвестиции в геологоразведку и добычу на Дальнем Востоке?
В ходе ВЭФ уже стало известно, что к геологоразведке привлекут частных инвесторов. О сотрудничестве в данном направлении заявили РФПИ и Роснедра. В Минприроды отметили, что в Госдуму внесен законопроект, который допустит частных инвесторов с опытом в геологоразведке к региональному этапу.
Однако нельзя не учитывать, что на российском рынке в последние пару лет наблюдается измененная структура инвестирования: сейчас значительная часть инвестиций идет от массового инвестора. ЦФА сможет стать хорошим инструментом, через который будет инвестировать широкий круг инвесторов, в том числе и иностранных, описывает ситуацию исполнительный директор инвестиционной платформы Zorko Светлана Ефанова.
«Для стимулирования геологоразведки, на мой взгляд, стоит сокращать административные барьеры для компаний, которые этим занимаются. Регуляторика должна быть максимально упрощена, в идеале – до системы «одного окна». Также можно предусмотреть для добывающих организаций налоговые льготы. Например, вычет из НДПИ в размере затрат на сейсморазведочные работы, опорное, параметрическое и поисковое бурение – поскольку это наиболее рискованные виды работ, помощь государства здесь будет особенно актуальна», - уверен директор рынков России и СНГ fam Properties Валерий Тумин. Еще можно принять некоторые изменения в законодательство о недропользовании. В частности, принятие заявительного порядка в предоставлении права пользования недрами, прилегающими к действующим месторождениям, полагает эксперт. Так у бизнеса появится стимул более активно вовлекать фланги. Также можно снять ограничения по однократности внесения изменения в границы лицензионных участков и унифицировать требования к наименованию и составу проектной документации на разработку и освоение месторождений. Все это позволит быстрее вовлекать в переработку ценное сырье и, как следствие, повысит эффективность инвестиций, уверен Валерий Тумин.
Для стимулирования инвестиций в геологоразведку на Дальнем Востоке и в Сибири можно рассмотреть следующие меры, перечисляет руководитель департамента продаж и клиентской поддержки «Альфа-Форекс» Александр Шнейдерман. Во-первых, создание более привлекательных налоговых и инвестиционных условий для компаний, занимающихся геологоразведкой. Во-вторых, упрощение процедур получения лицензий и разрешений для добычи полезных ископаемых. В-третьих, проведение информационных кампаний, чтобы привлечь внимание потенциальных инвесторов к регионам с высоким геологическим потенциалом. А для того, чтобы обезопасить интересантов и инвесторов от санкционных рисков, правительство может предоставить гарантии и инвестиционное страхование, уверен он.
Так или иначе, привлечение инвестиций в российские проекты, геологоразведочные и не только, сегодня - вопрос не тривиальный, так как нынешних условиях привлечение иностранных инвестиций может быть затрудненно, заключает руководитель лаборатории блокчейн и финтех «Сколково» Егор Кривошея. В условиях ограничений традиционные инструменты могут работать хуже, хотя и их нельзя исключать. Один из подходов — выбрать инвестиции из внутреннего рынка, однако и он не дает 100% гарантии. Анонимные инвестиции в текущем правовом поле крайне затруднительны, поэтому риски существуют, предостерегает эксперт. Однако существует ряд инструментов: СП с зарубежными партнерами, в том числе из стран Азии, государственные программы и субсидии, новые инвестиционные инструменты для ускорения процесса, например, ЦФА, перечисляет Егор Кривошея.
Цифровые финансовые активы как стимул и способ вкладываться в дальневосточные недра
«Для разведки потребуется значительный объем инвестиций, что связано не только с огромными площадями исследуемых регионов, но и с существенно увеличившейся технологической сложностью средств проведения исследований, в первую очередь разработки и опытно-промышленных испытаний специализированного ПО, требующей вовлечения большого количества экспертов», — указывают эксперты консалтинговой компании «Технологии Доверия» (ТеДо). И для привлечения частных инвесторов необходимо обеспечить два основных условия: безопасность и удобство, уверены консалтеры. Эти требования полностью закрывают цифровые финансовые активы (ЦФА), то есть цифровой эквивалент ценных бумаг. При выпуске ЦФА купля-продажа активов производится непосредственно инвестором. В сделке используются смарт-контракты на блокчейне, поэтому не требуется контроль, а значит, из цепочки исключаются брокеры. В открытом выпуске ЦФА может принять участие практически любой желающий. Также снижает порог и тот факт, что ЦФА торгуется не только по лотам, но и по долям, что позволяет активно участвовать в торгах инвесторам с небольшим капиталом. В России уже есть кейсы выпуска ЦФА: как чистых денежных требований, так и привязанных к более сложным обеспечивающим активам — металлам и даже квадратным метрам в ЖК, указывают эксперты «Технологий Доверия».
Так что ЦФА стоит рассматривать как гибкий и доступный инструмент, который дает компаниям различного уровня, включая средних и небольших игроков, привлекать прямое финансирование на понятных условиях и в условиях высоких гарантий, сходятся во мнении эксперты. «ЦФА с одной стороны даст возможность компаниям или проектам в геологоразведке и других отраслях использовать нестандартные и доступные инструменты для инвестирования, а с другой - инвесторы смогут диверсифицировать свой портфель, получать прибыль от реальных отраслей экономики», - говорит Светлана Ефанова.
«Этот инструмент в последнее время набирает популярность. ЦФА полностью легальны, а их выпуск и оборот регулируются ЦБ. Так что это достаточно надежное средство», - согласен Валерий Тумин. Кроме того, это очень удобно для частных инвесторов: операции с ЦФА проводятся на одной из платформ, одобренных государством, без посредников и излишне сложных процедур. У нас в стране уже есть успешные кейсы – например, «Норникель» выпустил собственный токен и привлек с его помощью дополнительные инвестиции. А одним из первых операторов в государственном реестре стала платформа «Атомайз». Так что использование современных инструментов в виде ЦФА может позволить привлечь частные инвестиции в сферу геологоразведки, уверен эксперт.
В прочем, применение ЦФА для привлечения инвестиций в геологоразведку хотя и может быть эффективным, так как это позволяет привлечь частные инвестиции без привлечения дополнительных бюджетных средств, потребует тщательного регулирования и контроля, чтобы предотвратить злоупотребления и финансовые мошенничества, предостерегает Александр Шнейдерман.
«ЦФА действительно могут быть стимулирующим инструментом. Во-первых, они могут ускорить процесс эмиссии инвестиционного инструмента, во-вторых, гипотетически, привлечь розничных инвесторов в пул инвесторов. Такой опыт уже есть в России, где есть несколько десятков выпусков ЦФА, часть их, которых используется в реальном секторе. В мировой практике такие проекты падают в категорию токенизации. В целом, в мире был бум продажи инвестиционных токенов в конце 2010-х годов, но правовое поле было не настолько эффективно проработанным. Опыт ЦФА учитывает эти риски и может оказаться более успешным», - оптимистичен Егор Кривошея. Скорость эмиссии и, потенциально, более широкий доступ - основные преимущетва, как уже было неоднократно отмечено. Но также ЦФА можно структурировать по-разному, поэтому гипотетически инструмент может давать большую доходность. Также инвестировать непосредственно в проект сейчас довольно тяжело: это участь крупных институциональных инвесторов. ЦФА может позволить розничным инвесторам получить доступ к целевому финансированию определенных проектов. Риски связаны со сложностью инструментов: сегодня не самый простой пользовательский опыт в части ЦФА, а объективную оценку рисков розничный инвестор может и не произвести в силу ограниченности знаний, описывает потенциал эксперт. ЦФА мог бы привлечь любых инвесторов, которые заинтересованы в подобных проектах месторождений. Гипотетически это могут быть и любые розничные инвесторы, продолжает перечислять он.
Однако в текущей парадигме и ЦФА — это, скорее, внутрерыночный инструмент в силу особенностей онбординга эмитентов и инвесторов. В целом, каких-либо существенных ограничений для иностранных инвесторов здесь нет, но иностранцу придется открыть расчетный счет в России, пройти идентификацию и тд. Этот процесс сейчас лучше настроен для домашних инвесторов, признает Егор Кривошея. Да и применение ЦФА для привлечения инвестиций в геологоразведку хотя и может быть эффективным, так как это позволяет привлечь частные инвестиции без привлечения дополнительных бюджетных средств, потребует тщательного регулирования и контроля, чтобы предотвратить злоупотребления и финансовые мошенничества, предостерегает Александр Шнейдерман.
